Порву, тварь!

Изменит ли случай с колпашевской живодёркой  судебную практику?

С требованием, чтобы статья 245  Уголовного кодекса о жестоком обращении с животными заработала в полную силу люди выходили на митинги везде, в том числе и в Томске. И вот, наконец, лед тронулся. Громких, резонансных случаев было несколько.  Но дело колпашевской живодерки стало первым, которое закончилось реальным сроком.

Перелом?

Призвать мучителей животных к суровому ответу требовали многие. Но общественная волна поднималась, как правило, если случалось происшествие, из ряда вон выходящее, дикое до такой степени, что пройти мимо уже было невозможно. Таким, к примеру, был случай с догом Варлаамом, избитым и повешенным  на заборе детского сада. Конечно, это был прямой вызов, который общество просто не могло не принять.  Но даже при том резонансе, что вызвал этот случай, преступник получил лишь условный срок.

А после Варлаама таких происшествий случилось уже десятки. Безгласных животинок резали, поджигали, выкидывали из окон, морили голодом… И при этом далеко не каждый случай  жестокого обращения с животными становился достоянием общественности. До суда доходили и подавно не все. Хотя и надо отметить, что такие дела стали рассматриваться в разы чаще, нежели раньше. Однако до недавних пор ни один живодер не получал за свою жестокость реального срока.

И вот такой прецедент был, наконец, создан. Причем случай оказался совсем не такой громогласный, как с тем же догом. Но именно он, скорее всего, станет переломным моментом в том числе и в томской судебной практике.

На шее у мамы

Произошел этот случай в одном из сел Томского района. Дина Леонова (имена изменены)  в свои 33 года так и оставалась в свободном плавании — профессию в свое время никакую не получила и теперь нигде не работала. Видимо, будучи в твердой уверенности, что для женщины не это важно.  Главное, чтоб мужчина был рядом — Дмитрий, ровесник по годам.  Правда, как и супруга, он нигде не работал, перебиваясь редкими временными заработками. А зачем, собственно, было напрягаться, если и на материну пенсию вполне прожить можно? Жила Дина с мужем, как нетрудно догадаться, в квартире свекрови. Семья не просто не имела собственного жилья, у супругов и желания заиметь его не просыпалось. За чужой счет-то всегда легче живется!

В общем работать ни тот, ни другой явно не хотели, зато любили приложиться к рюмке. Особенно к выпивке была неравнодушна Дина. Вообще надо сказать, что с тех пор, как повзрослела, она в основном занималась тем, что пыталась устроить свою личную жизнь, и  Дмитрий у нее был далеко не первый. Только вот семейная жизнь у нее как-то ни с кем  не складывалась. Мать, разумеется, из нее тоже получилась никакая — еще до Дмитрия ее лишили родительских прав и отобрали ребенка.

Ни котёнка, ни ребёнка…

Однако это обстоятельство нисколько пьющую женщину не расстроило — ушла лишняя забота, словно гора с плеч! И Дина продолжала жить в свое удовольствие. Правда, ее порядком раздражала мать мужа, Анна Васильевна, но приходилось мириться. Бабка, как-никак, была источником их существования, да и квартира принадлежала ей. Поэтому всю злость, которую Дина испытывала к свекрови, — а случалось это довольно часто, — она вымещала на хвостатых питомцах Анны Васильевны. Кошакам доставались пинки и затрещины особенно щедро, если хозяйки не было рядом. Свекровь была заядлой кошатницей, и в тот момент в доме жили два котенка-подростка Семен и Федор.

В тот день Дина была пьяна  — по своему обыкновению она выпивала вместе с мужем. Дмитрий, быстро захмелев, ушел в другую комнату спать, наказав жене приготовить поесть. Но хозяйничать по дому у женщины не было никакого желания. Она скорее предпочла бы еще пропустить рюмочку-другую, чем заморачиваться каким-то обедом. И вот там на глаза ей попался голодный котенок Семен, который крутился на подоконнике, высматривая, что бы поесть…

«Не надо, тетя Дина!»

Пьяная ярость в одно мгновение ударила ей в голову. Схватив котенка она со всей силы швырнула его в открытое окно.  Котенок ударился о водосточную трубу и шмякнулся об асфальт. Со злорадной радостью женщина схватила второго котенка. Несчастное животное постигла та же участь…

Выглянув  в окно, истязательница увидела дворовых ребятишек, от трех до восьми лет, в ужасе столпившихся  перед двумя распростертыми тельцами. По реакции детей она поняла, что котята еще живы, и фурией, со все возрастающей, непонятной злобой, она вылетела со второго этажа во двор.

Один котенок уже почти не шевелился. А второй, пища изо всех сил, пытался подняться на покалеченные лапки. Вид напуганных и плачущих детей вовсе не остановил пьяную женщину, и она превратилась в чудовище. С перекошенным звериным лицом она схватила котенка за задние лапы и стала тянуть  их  в разные стороны. Дико кричали все: несчастное животное от нестерпимой  боли, бедные напуганные  дети, умоляющие «тетю Дину» отдать им котенка, сама живодерка, орущая на весь двор «Порву, тварь!». Ударив два раза котенка об асфальт на глазах рыдающих детей, мучительница, наконец бросила свою маленькую беззащитную жертву…

Справедливые «три года»

Разразившаяся во дворе трагедия  длилась более пятнадцати минут. Женщины соседки, к которым  бросились  ребятишки,  даже не успели отреагировать. И свекровь прибежала уже тогда, кода весь этот ужас закончился. Только этих минут оказалось боле, чем достаточно, чтобы дети получили такой удар по психике, что скорее всего всем им понадобится помощь психолога. Когда помощь взрослых подоспела, дети обливаясь слезам, заботливо прикрывали тряпочкой положенного  в детскую коляску искалеченного, но еще живого котенка…

В том, что живодерка заслужила самого строгого суда, не было  никаких сомнений. Убийство беззащитного маленького существа на глазах у детей и упоение этой общей болью, моральной и физической  — это двойное преступление по человеческим меркам. Возможно, что именно из этого  исходил суд, когда рассматривал дело. Потому и приговор Томского районного суда оказался строгим — 33 летняя живодерка Дина Леонова получила  три года лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Очень хочется надеяться, что дети отойдут  со временем  от полученной душевной травмы и не растеряют веры в людей.  И что суды, рассматривая подобные дела (которых еще, к сожалению, будет н мало) будут так же адекватно оценивать человеческую жестокость, не уступающую звериной.

Валерия Павлова

 

 

Хороший конец?

…Кстати, котенок Семен выжил, несмотря на то, что получил очень тяжелые травмы.  Не зря говорят, что у кошек девять жизней. Анна Васильевна выхаживала его не один месяц. Он, конечно, остался калекой, потому как на дорогостоящие операции у хозяйки денег не было. Тем не менее  не потерял даже  способности двигаться, хоть и  не может прыгать. Но если для Семена кошмар закончился, не факт, что нечто подобное не придется пережить со временем хозяйке. Благо, если Дина Леонова больше не вернется в этот дом. Потому как тот, кто мучает бессловесную животину, с такой же легкостью будет доводить и человека. Это уже давно доказано всеми психологами-психиатрами.  И счастье, что органы лишили живодерку родительских прав. Ведь вполне возможно, что котенок  как раз и принял на себя то,  что могло случиться с ребенком…